Дела клиентов

Дело А.Б.

А. стала жертвой недобросовестного адвоката, который подал от ее имени заявление о предоставлении убежища без ее ведома. Ее проблемы начались, когда она покинула Соединенные Штаты и попыталась подать заявление на новую визу, а затем вышла замуж за гражданина США. Мы помогли ей с запросами FOIA в Государственный департамент и USCIS. По получении результатов запроса, она смогла получить доступ к своему заявлению о предоставлении убежища и предыдущим заявлениям на визу. Это помогло ей ответить на вопросы и развеять сомнения консула, и вскоре она получила иммиграционную визу CR1 и воссоединилась с мужем-американцем.

Дело Й.Х.

Й. подала петицию K-1 I-129F от имени своего жениха. Но когда ее жених пришел на собеседование, его обвинили в попытке заключить фиктивный брак и выдали пожизненный запрет на въезд согласно статье 212(a)(6)(C)(i). Консул вернул петицию в USCIS. После того, как Й. обратилась к нам, мы помогли добиться отмены этого запрета.

Дело Г.В.

Консул навсегда запретил Г., очень успешному бизнесмену, въезд в Соединенные Штаты на основании раздела 212(a)(6)(C)(i). Но Г. не понял почему. И после проведения подробной консультации и рассмотрения его 25-летней визовой истории нам тоже это было непонятно. Поэтому мы попросили консульство и Государственный департамент разъяснить фактическое обоснование такого решения. Через два месяца Государственный департамент вновь открыл и пересмотрел решение. Не видя правового основания для вынесения решения 6Ci, он его отменил. Два месяца спустя Г. подал заявление и получил новую гостевую визу B.

Дело Х.Д.

Отца Х. обвинили в торговле наркотиками. В результате в студенческой визе F-1 Х. было отказано в соответствии с разделом 212(a)(2)(C)(ii). Спустя годы он обратился в нашу фирму за консультацией. Мы сообщили ему, что, поскольку он более пяти лет жил независимо от своих родителей и не получал за это время никакой финансовой или иной поддержки от своего отца, он больше не являлся невъездным в соответствии с этой статьей закона. После консультации Х. подал заявление на получение новой визы B. После недельного рассмотрения консул выдал визу.

Дело Д.К.

В случае с визой Д., в котором утверждалось, что он занимался незаконным ввозом иностранцев (раздел 212(a)(6)(E)), крайне важно было установить даты въезда и выезда из США его самого и члена его семьи, имевшие место более 10 лет назад. На запросы по Закону о свободе информации в Таможенно-пограничную службу CBP каждый раз выдавала ответ «записей нет», утверждая, что у нее не было никаких документов или материалов, связанных с Д. и членом его семьи. Мы знали, что это была ложь. Мы немедленно подали жалобу в представительство CBP по вопросам свободы информации. В течение 48 часов CBP выдала подробные ответы, содержащие более 20 страниц информации, связанной с их поездками в Соединенные Штаты.

Дело К.В.

К. — выдающийся профессионал, работающий с ведущими транснациональными корпорациями США. Он пытался въехать в Соединенные Штаты по гостевой визе B, чтобы увидится со своим сыном, но CBP остановила его в аэропорту США. CBP не только признала его невъездным в соответствии с разделом 212(a)(7)(A)(i)(I), но и обвинила его во лжи при подаче заявления на получение визы и вынесла решение по статье 212(a)(6)(C)(i). Много лет спустя К. посоветовался с нами, как лучше всего поступить в его сложной ситуации. После консультации К. подал заявление на получение новой гостевой визы и получил ее вместе с отменой решения 6Ci.

Дело Х.Т.

Мы представляли Х. в ее заявлении на иммиграционный вейвер I-601 после того, как она была признана невъездной в соответствии с разделом 212(a)(2)(A)(i)(I) за осуждение за преступление против морали и нравственности. Поскольку с момента ее последнего уголовного преступления прошло более 15 лет, Х. имела право подать заявление на иммиграционный вейвер по разделу 212(h). Она была реабилитирована и не представляла опасности для США; ее сообщество считало ее порядочной гражданкой. Мы представили более 10 рекомендательных писем, а также писем поддержки от ее нынешнего и предыдущих работодателей. После этого USCIS одобрила вейвер, и менее чем через два месяца Х. получила иммиграционную визу IR5, позволяющую ей иммигрировать, чтобы жить со своей дочерью и внуками, гражданами США.

Дело О.Д.

В деле об обвинении в незаконном обороте наркотиков (раздел 212(a)(2)(C)(i)) мы направили запрос от лица клиента O. в соответствии с Законом о свободе информации в Управление по борьбе с наркотиками (DEA). DEA признало, что располагает записями об О., но заявило, что они не подлежат раскрытию в соответствии с исключениями FOIA и, следовательно, переданы не будут. Мы обжаловали решение DEA FOIA, приводя доводы в пользу презумпции открытости; обязательства DEA разделять несекретные записи от разрешенных к разглашению; и указав, что в аналогичном запросе DEA раскрыло материалы. Отделение DEA FOIA согласилось и отправило наш запрос на дальнейшую обработку. Вскоре после этого DEA выдало нам соответствующие записи.

Дело М.Р.

М. солгала на собеседовании на получение визы H-1B: она заявила, что работала в офисе своего работодателя, но на самом деле работала из дома. В результате консул вынес решение по статье 212(a)(6)(C)(i). Тогда она наняла нашу фирму. Мы указали, что ее дом и офис работодателя находились в одном и том же столичном статистическом районе (MSA), и поэтому для целей H-1B и заявления об условиях труда преобладающая заработная плата была одинаковой, то есть ее искажение фактов не было существенным. После краткого рассмотрения решение об искажении фактов было отменено.

Дело Т.В.

Т. прибыла в Соединенные Штаты по гостевой визе B-2. Через несколько месяцев после приезда она решила остаться. Ее дочь К., гражданка США, решила заняться иммиграционным процессом своей матери самостоятельно, без помощи юриста. Но процесс этот не так прост — он включает в себя точное заполнение более 50 страниц форм иммиграционной петиции (I-130)/смены статуса (I-485)/разрешения на работу (I-765)/разрешения на поездки (I-131) и аффидевита поддержки (I-864), а также предоставление многочисленных подтверждающих документов. И хотя USCIS приняла петицию I-130, она отклонила I-485, поскольку К. использовала устаревшую форму и представила чек на оплату сбора за обработку на неправильную сумму. В результате Т. стала «нелегалкой», поскольку срок действия ее I-94 истек. К. обратилась к нам. Мы подготовили для нее пакет 485/765/131, а также аффидевит о поддержке (I-864), аффидевит о поддержке со стороны спонсора (I-864A) и краткий меморандум относительно статуса Т. Спустя 7 месяцев Т. была выдана грин-карта.