Список сообщений по тегам

Черт в табакерке — это игрушка в виде коробочки, из которой при открытии внезапно выскакивает фигурка — обычно клоун. В последнее время эта игрушка все чаще приходит на ум, поскольку все больше заявителей на получение визы внезапно узнают, что им навсегда запрещен въезд в Соединенные Штаты на основании какой-то подозрительной детали в базе данных правительства. Зачастую у этих заявителей нет никаких проблем с визой и до этого они годами ездили в США. Поэтому, когда консул выдает отказ по статье 212(a)(6)(C)(i) — предоставление ложной информации, статье 212(a)(3)(A)(i) — незаконная деятельность, 212(a)(6)(E) — контрабанда или 212(a)(2)(C)(i) — распространение наркотиков, заявитель оказывается в шоке, замешательстве и с постоянным запретом на въезд в руках — порой даже без возможности получения вейвера.

Хорошая новость заключается в том, что «подозрительные детали» в базе данных часто оказываются простыми ошибками, которые можно исправить. Порой консул ссылается на USCIS как на инстанцию, принявшую решение о запрете на въезд — особенно если дело касается статьи 212(a)(6)(C)(i). Однако USCIS никогда не принимает подобных решений, а если и принимает, то не сообщает об этом заявителю. Даже когда USCIS отклоняет петицию о трудоустройстве (например, H-1B, L-1, O-1) или иммиграционную петицию (например, супружескую, родительскую и семейную, EB-1A, EB-2 Вейвер в национальных интересах, EB-3, EB-5), основания для этого никак не связаны с мошенничеством или умышленным существенным искажением информации. Прежде чем отклонить петицию, USCIS почти всегда направляет запрос о предоставлении доказательств (RFE) или уведомление о намерении отклонить петицию (NOID). По закону USCIS должна предоставить заявителю имеющуюся на него «компрометирующую информацию», которая может привести к решению по статье 212(a)(6)(C)(i). Иногда после получения ответа на RFE или NOID USCIS отзывает содержащееся в них обвинение в искажении информации. При принятии окончательного решения по статье 212(a)(6)(C)(i) USCIS обязана указать это в своем выводе.

Словарь Уэбстера говорит, что «пойти вразнос» значит демонстрировать «своевольное или неконтролируемое поведение, которое выходит за рамки дозволенного, не является нормой или не ожидается». Синонимами могут быть такие прилагательные, как «единичный, аномальный, опасный или неуправляемый». Но что происходит, когда подобное поведение начинает демонстрироваться так часто, что становится нормой, частью статуса-кво, почти ожидаемым событием? Как бы то ни было, частота таких случаев не делает их законными. В контексте подачи заявления на визу или въезда в США вы имеете право на гарантию того, что «своевольные» действия сотрудника консульства США или инспектора Таможенно-пограничной службы США не перевернут вашу жизнь с ног на голову.

Для ясности следует отметить, что иногда допросы в консульстве или на таможне действительно оправданы, например, когда возникают обоснованные подозрения в нелегальной работе, нарушениях OPT, нарушениях H-1B, мошенничестве, искажении информации, употреблении наркотиков, нарушении Закона Уилберфорса или незаконном ввозе иностранцев. Но в других случаях эти визовые и аэропортовые допросы представляют собой не более чем зондирование, основанное на каких-то смутных подозрениях или профилировании. Порой консулы или инспекторы аэропорта, проводящие эти допросы — это или неопытные некомпетентные новички, оставшиеся без надзора, или просто лица, упивающиеся собственной властью.

Именно этим вопросом консулы приветствуют заявителей на неиммиграционные и иммиграционные визы на собеседованиях — независимо от того, сколько лет назад произошел инцидент. И если ваш ответ 3 месяца или меньше, консулы тут же выдвигают обвинение в искажении информации в соответствии со статьей 212(a)(6)(C)(i). Почему? Потому что при въезде в США вы солгали инспектору аэропорта или порта въезда о цели своего визита — вы сказали, что вы «турист», или едете «навестить друга» или «родственника», но поскольку вы начали работать в течение 90 дней с момента прибытия, консул решил, что вашим истинным намерением на момент прибытия была работа.

С приходом Трампа консульства США все более яро применяют Правило 90 дней. Сьюдад-Хуарес, Буэнос-Айрес, Сан-Хосе — только за последние пару месяцев мы стали свидетелями подобных решений со стороны этих консульств, даже в отношении лиц, которые только что вернулись в свою страну, чтобы подать заявление на иммиграционную визу после того как им одобрили вейвер I-601A, необходимый в случае незаконного проживания в США в течение нескольких лет. Последствия особенно тяжелы для заявителей на иммиграционную визу, желающих воссоединиться со своими детьми-гражданами США (категория IR-5). Иммиграционного вейвера для них не существует, а выразив намерение иммигрировать, они надолго лишились возможности подать заявление на неиммиграционный вейвер. Аналогичные последствия будут и у тех, кто подает заявление на получение иммиграционной визы с целью трудоустройства. Обычно у них нет «подходящих родственников» в США — супруга/супруги или родителя, являющегося гражданином США или владельцем грин-карты, — и поэтому они не имеют права на иммиграционный вейвер. А даже если бы такой вейвер был для них предусмотрен, рассмотрение заявлений на иммиграционный вейвер I-601 теперь занимает около 3 лет.

США всегда были гостеприимной страной, открывающей свои объятия туристам, бизнесменам, инвесторам, руководителям, менеджерам, творческим людям и профессионалам, таким как ученые, математики, специалисты по информационным технологиям и бизнесу. Но теперь все изменилось. Мантра новой администрации? «Виза — это привилегия, а не право». И хотя каждая страна, конечно, вольна решать, кого она желает видеть, в каждой стране также есть и законы, определяющие, кто имеет право на въезд, а кто нет. Эти иммиграционные законы необходимо соблюдать, а не игнорировать, искажать и попирать по прихотям и капризам обезумевшей администрации.

В предыдущей статье мы рассказали, как недостаточная документация и слабые доказательства могут погубить ваши шансы на визу жениха/невесты K-1 и супруги(-а) I-130. Но даже пары, уверенные в том, что предоставили все необходимые документы, часто оказываются в затруднительном положении во время собеседования на получение визы, особенно когда их ответы не совпадают. Непоследовательные ответы — одна из наиболее частых причин, по которой консульский работник начинает подозревать мошенничество.

Может показаться, что забыть дату или нервничать в присутствии офицера — это мелочи, но когда заявитель говорит, что знакомство произошло на вечеринке у друга в Лагосе в январе, а бенефициар утверждает, что в приложении для знакомств в мае, это противоречие сразу же ставит под сомнение их отношения. История «о нашем знакомстве» — это основа основ. Если пара не может четко ответить на столь элементарный вопрос, офицер может начать подозревать, что их отношения носят скорее деловой, нежели романтический характер.

Еще одним ключевым вопросом является первая личная встреча. Это особенно важно в случаях получения визы K-1, поскольку иммиграционное законодательство США требует, чтобы у пары имелись встречи в живую за последние пару лет. Если заявитель утверждает, что они встретились в 2022 году, а бенефициар, что в 2023, или если нет никаких доказательств этой встречи, таких как штампы в паспорте, квитанции из отеля или фотографии, офицер может заподозрить искажение информации. В худшем случае это может привести к отказу в соответствии с Законом об иммиграции и гражданстве §212(a)(6)(C)(i), влекущему за собой пожизненный запрет на въезд за мошенничество.